Как один купец заставил Боткина пить керосин

Чай с сахарам принес Петру Петровичу заслуженные миллионы. Китайским чаем торговал еще отец, сын к этому добру присовокупил гигантский сахарный завод. Почти один (из девяти братьев!) Петр Боткин продолжал купеческое дело, другие братья оказались разгильдяями.

Петр Петрович Боткин (еще довольно молодой, 1867 год). Портрет написал братом Михаилом

Семейка

Судите сами:

  • брат Василий – знаменитый публицист, вождь западников;
  • брат Сергей – лучший в России врач;
  • брат Дмитрий – музейщик-коллекционер, которого сравнивали с Третьяковыми;
  • брат Михаил – творец другого, петербургского музея, да и сам – крупный художник;
  • брат Николай – литератор-путешественник, который в Вене спас жизнь Гоголю;
  • зять – Афанасий Фет…

Постойте… кто ж тогда в конторе сидеть будет? Петр Петрович! Только он остался правильным купцом. И дело свое делал так же хорошо, как братья делали свое.

Часть братьев: Михаил, Сергей, Петр и Дмитрий (слева направо)

Дела благочестивые

Кроме того он был церковным старостой храма Христа Спасителя. По воскресеньям Петр Петрович выезжал из родового гнезда Боткиных в Петроверигском переулке (дом №4) и направлялся к себе в храм.

Главный дом усадьбы Боткиных в 1913 году. Дом сохранился, выглядит таким же образом, можно сходить и поглядеть

До революции практически весь Кремль открыт был для народа, так что Боткин по дороге на Волхонку не забывал зайти и в Успенский собор – помолиться пред чудотворной иконой Владимирской Божией Матери.

А старостой Успенского собора был Максим Ефимович Попов – тоже купец первой гильдии, специалист по сукну, фабрикант, хозяин гостиницы Лоскутная. И вот два главных человека в двух главных московских храмах мило улыбаются друг другу: оба старичка елейны, вежливы и… скуповаты.

Оливковое масло

Надо сказать, что Боткин ездил к Владимирской Богоматери не только для молитвы, но и для того, чтоб выпить из лампады при иконе все оливковое масло. Должно же у купца быть некое чудачество, правда?

В Успенском соборе Кремля. Открытка 1980-х

Вот он прикладывается, выпивает: «буль, буль, буль» (эту историю рассказывали живо и комично), а потом подплывает к Попову и говорит с придыханием:

– Здравствуйте, Максим Ефимович, заехал к вам в собор приложиться к чудотворной иконе и выпить святого маслица, уж очень хорошо действует на мою грудь! вот что значит масло святое, очень полезное! всегда себя чувствую гораздо лучше, когда выпью.

Попов приятно улыбается (он ведь умеет таить мысли!) – а на душе скребут кошки.

Максим Ефимович Попов в 1880-х

Вот, наконец, терпение Успенского старосты лопнуло, и он обратился к помощнику:

– В следующее воскресенье налей дешевого керосинового масла в лампадку перед иконой Божьей Матери, а то Боткин повадился ездить и пить масло; сам богатый, может у себя в храме для икон покупать такое же масло.

Чем дело кончилось

Через неделю гость был тут как тут. Ничто не заподозрив, Боткин выпивает из лампады масло («буль! буль! буль!») и чувствует, как в организм вливается отменнейшая дрянь. А выплюнуть не смеет… не плеваться же в соборе?!

Выпил и подбредает к Успенскому старосте с обидой на лице:

– И не стыдно вам, Максим Ефимович, жечь лампаду с керосиновым маслом, да еще перед чудотворной иконой?

Попов изображает дикое изумление:

– Что вы! Масло все то же, а нужно думать, Владычице нежелательно, чтобы из ее лампадки пили масло.

С тех пор староста храма Христа Спасителя, больше не ездил в Успенский собор.

И комментарий краеведа

Эта история рассказана мемуаристом Николаем Варенцовым, но пришла к нам не из первых рук. Ведь Варенцов все записал со слов Николая Алексеева, который был не только лучшим городским головой в истории Москвы, но отменным юмористом. Хорошо зная Боткина с Поповым, городской голова говорил очень живо, копируя и интонацию, и мимику обоих старичков.

Николай Александрович Алексеев - городской голова Москвы в 1885-93 гг. Рассказывал эту историю

И видно, как мемуарист переживал, что не сумеет передать эти нюансы и они погибнут для истории… не на граммофон же все это записывать!

Было ли это правдой? Вряд ли мы когда-нибудь узнаем (конечно, Алексеев мог все слышать от Попова – автора проделки… а мог кое-что домыслить, услышать слух или все выдумать).

Николай Александрович Варенцов, предприниматель и мемуарист

Но есть одна деталь, которую мемуарист не называет (и, наверное, не знает), зато знают краеведы. Попов с Боткиным были соседями!

Практически напротив родового гнезда Боткиных стоял бывший особняк графов Нирод, и в этой роскоши Попов жил с 1873 года.

Левое крыло дома Поповых (не сохранился)

На этом месте теперь памятник конструктивизма – «Зеленый дом» на вершине Ивановской горки. Одна его часть – действующее общежитие МГЛУ, другая – знаменитая московская руина, похожая на зону отчуждения в Чернобыле, но с уникальным видом на Москву (Петроверигский переулок, №6-8-10, строение 1).

"Зеленый дом" в наши дни (в левом крыле - до сих пор общежитие, в правом крыле вялый ремонт, часть его остается руиной)

Один из флигелей Поповской усадьбы до нас все-таки дошел, хотя и страшно перестроенный около 1930 года: «бытовой блок», №6-8-10, строение 7.

Флигель усадьбы Попова (перестроен)

Надо полагать, у двух купцов-соседей были сложные взаимоотношения!

Каталог всех моих статей по рубрикам – в оглавлении.

Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить интересное!

#москва #история #купцы #краеведение #истории из жизни #мемуары #боткины #интересные факты #19 век #дореволюционная россия

Больше интересных статей здесь: История.

Источник статьи: Как один купец заставил Боткина пить керосин.