7 лучших фильмов в жанре мокьюментари

Современные фильмы ужасов нельзя представить без стилистики found footage («найденных пленок»), которая позволила кинематографистам снимать страшное без больших бюджетов. В свою очередь, found-footage-хорроры настолько тесно переплетены с мокьюментари (псевдодокументальным кино), что иногда сложно провести границу.

«Легенда Бугги Крик» / The Legend of Boggy Creek
(реж. Чарльз Б. Пирс, 1972)

Задолго до «Ведьмы из Блэр» (1999) и «Паранормального явления» (2007) простой менеджер по продажам из Тексарканы на скромные деньги грузовой компании и с помощью местных студентов снял один из первых (прото)мокьюментари-хорроров в истории. После дебюта, который в отрыве от контекста и жанра сейчас попадает в редкий топ (кроме бокс-офисного), Чарльз Б. Пирс стал одним из главных независимых американских фильммейкеров 1970-х и подружился с Клинтом Иствудом.

В «Легенде Бугги Крик» несколько утомительно и натужно смотрятся что интервью с местными, что сцены-реконструкции, заправленные закадровым голосом из научно-популярного кино. При этом глупо не замечать сильные стороны фильма. Пирс не просто угадал зрительские запросы, но и серьезно перепугал посетителей драйв-инов. Ужас создан не безупречной режиссерской техникой или психологизмом, а простотой и антикиношной приземленностью. Пьяная деревенская байка о бигфуте предстает в «Легенде Бугги Крик» этнографическим кино, в котором местный колорит с отчетливым акцентом в диалогах, провинциальными лицами и гнусными болотными топями навевает такую же жуть, что и пролезшая в дверной проем мохнатая лапа существа, которого не может существовать на самом деле.

«Ведьма из Блэр: Курсовая с того света» / The Blair Witch Project
(реж. Дэниэл Мирик, Эдуардо Санчес, 1999)

Уже лет десять «Ведьма из Блэр» воспринимается не как хоррор-фильм, а исключительно в качестве культурного феномена с вереницами статей о чудесной пиар-компании и о том, что в современном мире социальных сетей этот трюк повторить не удастся.

Картина на тот момент совсем юных Мирика и Санчеса обладает действительно месмерическим сочетанием цифр (которые, как и друзья, не лгут): 22 тысячи производственного бюджета против 140-миллионных сборов только в США. Разумеется, были еще внушительные затраты на рекламу, но кого это сейчас интересует. Главное, что зрители могли посмотреть фильм, затем найти функционирующий сайт о ведьме из дебрей Мэриленда и прочесть на IMDb, что все актеры числятся или пропавшими без вести, или мертвыми.

Для старого доброго и по нынешним меркам наивного 1999 года это действительно впечатляет. Но за подсчетом чужих денег и обсуждением гениальной пиар-акции забывается ценность самого фильма, словно это тут и ни при чем. Редко говорят о талантах Мирика и Санчеса (в том числе в качестве директоров по кастингу: надо же было выбрать на главную роль именно Хезер Донахью). Но соль даже не в идеальном подборе актеров, реалистичном режиссерском подходе, грамотном монтаже, продуманной мифологии и бешеном энтузиазме, хотя это тоже важные компоненты успеха. Ценность «Ведьмы из Блэр» — в ее концепции. Фильм полностью построен на воображении смотрящего, что подразумевает серьезную степень вовлеченности. Если зритель зевает после ночной смены, мучается от застрявшей между зубов пленки от попкорна или отвлекается на игры с собакой, «Ведьма из Блэр» становится одной из самых тоскливых лент в истории хоррора. Однако при концентрации на происходящем задействуется воображение, и большая часть фильма разворачивается именно там, а не на экране. Если вы когда-либо пугались непонятных очертаний в темноте, то прекрасно знаете, что ваш мозг — режиссер куда большего калибра, чем Мирик, Санчес и Джеймс Ван вместе взятые. Это и делает «Ведьму из Блэр» одним из самых страшных хорроров, что куда ценнее, чем дежурная поп-культурная ачивка.

Под маской: Восхождение Лесли Вернона» /
Behind the Mask: The Rise of Leslie Vernon
(реж. Скотт Глоссерман, 2006)

В середине 1990-х Кевин Уильямсон так играл с канонами слэшера, что сломал лекала и вместе с Уэсом Крейвеном создал постслэшер. Десятилетие спустя кинематографический энтузиаст Скотт Глоссерман решил пойти еще дальше и смешал каноны мокьюментари с популярнейшими слэшер-тропами, отказавшись от претензий на метафизику.

Лесли — человек, живущий мечтой. И пока его сверстники грезят о том, чтобы след в след ступать за Нилом Армстронгом и Стивом Джобсом, он всей душой хочет стать серийным убийцей. Не таким, как Тед Банди или Эдмунд Кемпер: кумиры Лесли — это Майкл Майерс и Джейсон Вурхиз.

Обратите внимание: Топ 5 аниме в жанре Ужасы.

С этим непростым миром слэшер-маньяков зрителей знакомит приглашенная документалистка Тейлор.

В «Под маской», каким бы софткорным по меркам жанра ни был фильм, речь идет об убийствах, но Глоссерман столь искренен в своей любви к исходному материалу, что история получается трогательной, почти мелодраматичной. Отсутствие большого опыта постановщику нисколько не мешает: правила игры он знает назубок. В итоге общеизвестные символы сбрасывают вуаль трюизма, а используемые архетипы вновь становятся сакральными. И в этом пульсирующем рефрене «символы — не то, чем кажутся» чувствуется безответная тоска по восьмидесятым, когда слэшеры правили хоррор-бокс-офисом.

С годами «Под маской» не растерял ни актуальности, ни культовости, а на современных форумах до сих пор встречаются свежие треды с единственным вопросом: когда же Глоссерман созреет для сиквела? Увы, кажется, что эти вопросы сродни некропостингу, но надежда — штука неприхотливая.

«Репортаж» / [Rec]
(реж. Жауме Балагеро, Пако Пласа, 2007)

Репортерша ночной телепередачи с ёрническим названием «Пока вы спите» (Мануэла Веласко) и оператор (Пабло Россо) рыщут по теплой уютной Барселоне в поисках сенсаций. Телевизионщики оказываются на пожарной станции, где подтянутые мужчины ждут вызова, который вскоре заводит группу в дом, жильцы которого перепуганы истошными криками соседей. Потом начнется мини-зомби-апокалипсис по-испански: с особо перекошенными мертвыми собачками, обязательным карантином, семейными разборками и мистическим следом, прячущимся в глубине веков.

Будущая мокьюментари-франшиза свела вместе режиссеров Балагеро и Пласу, которые после сиквела счастливо разбежались. Однако в середине 2000-х, когда мокьюментари паранормальным явлением проникало в каждый дом и каждый поджанр (через год после «Репортажа» выйдет «Монстро»), любопытство телекамеры идеально сочеталось с многослойной вариативностью «жареного» сюжета. Оптимизм телеведущей и бытовые закадровые перепалки сначала выливаются в бытовой параноидальный ужас перед соседями (кто эти монстры через стену?), а затем пожар разгорается с небывалой силой: загадочный вирус, правительственный заговор, изнанка повышенной религиозности, просто хтонь, прячущаяся в подвале уютной цивилизации. «Пабло, продолжай снимать».

«Озеро Мунго» / Lake Mungo
(реж. Джоэль Андерсон, 2008)

6-летняя австралийка Элис Палмер загадочным образом тонет в озере, оставив после себя густой шлейф из тайн и печали, и появляется в семейном доме в виде призрака, который хочет непонятно чего.

Секрет успеха «Озера Мунго» трудно разложить на составляющие. Казалось бы, это традиционное мокьюментари в духе бессчетных криминально-мистических расследований, но много ли существует подобных работ, которые умело нагнетают интригу, а в нужный момент нещадно режут по живому? Вот именно. К безусловным достоинствам монтажа и разнообразия техник (16-мм, 35-мм, HDCAM, цифра) прибавьте уникальный для поджанра упор на чувственность: горе, тревога и гуманизм постепенно обволакивают зрительские души, чтобы в конце концов вас сильно припечатало одним только джампскейром.

Это единственный полнометражный фильм в режиссерской карьере Джоэля Андерсона. Почему так получилось, не могут выяснить даже пользователи Reddit.

«Зверское» / Atrocious
(реж. Фернандо Барреда Луна, 2010)

Семейка Квинтаниллья едет праздновать Пасху в загородный дом, вокруг которого ходит страшная городская легенда. Дети, ведущие веб-шоу о расследовании паранормальщины, решают совместить отдых с распутыванием тайны: они записывают все дни своего пребывания в этом жутком месте, где когда-то при таинственных обстоятельствах пропала девочка.

С одной стороны, «Зверское» — рядовой представитель мокьюментари-хоррора, который поначалу можно и не отличить от тысячи других собратьев по жанру. Как и в другой подобной псевдодокументалистике, упор здесь делается на натуралистичность съемки, хождения по темным коридорам с дешевой камерой и манипуляции со зрительским восприятием (пресловутая рамочная композиция — репортаж в репортаже, — позаимствованная из «Ада каннибалов»). Однако стоит досмотреть до кульминации, и тогда станет очевидно, что животного ужаса и реализма здесь больше, чем во многих других документальных хоррорах. Стилистика любительской съемки на порядок приземленнее и скуднее обычного, но в то же время гораздо естественнее, а сама история, поначалу держащаяся на абсолютно банальной интриге, ближе к концу усложняется невероятными твистами, о которых сложно было подумать. Если идеальное хоррор-мокьюментари — то, которое полностью передает ошарашенность и ужас от первого лица без границ между зрителем и персонажами, то у «Зверского» есть все шансы считаться одним из лучших представителей поджанра.

«Пограничная полоса» / The Borderlands (aka Final Prayer)
(реж. Эллиот Голднер, 2013)

«Дверь Дьявола» (2018) плюс «Искатели могил» (2011). Два священника и властелин видеокамер отправляются в деревню, где в церквушке XIII века произошло необъяснимое. Ватиканские подчиненные полагают, что все это хитрости местного падре, но неподалеку от их пристанища подростки сжигают живую овцу, а значит, объяснение будет не настолько очевидным.

Дословного объяснения, впрочем, не будет, так что для зрителей, уставших от проговоренных от а до я историй, неторопливый дебют Эллиота Голднера может стать приятной находкой. Никаких метафор и интеллектуальных подмигиваний — классический жанр без примесей, мрачный слоубёрнер с камерами где ни попадя и инфернальным, в духе «Списка смертников» (2011), спуском в катакомбы. Несмотря на поднадоевшую церковную тему и далеко не самую кинематографичную локацию, Голднеру за счет по-настоящему удачной работы со звуком (гвоздь программы — нездешний шепот) удается незаметно увести фокус с тематической эстетики.

Вместо акцентов на крестах и изгоняющих дьявола молитвах «Пограничная полоса» предлагает сконцентрироваться на поисках истины — но опять-таки не на конкретных ответах, а на самом процессе, который заставит героев пересмотреть свои взгляды на силу язычества.

__________________________________________________________________________________________

#топ #топ фильмов #фильм на вечер #фильмы ужасов #ужасы #подборка фильмов #ужасы триллер кино

Больше интересных статей здесь: Ужас.

Источник статьи: 7 лучших фильмов в жанре мокьюментари.