Власть дракона. Навстречу ветру. Глава 4

Дракон

Шухняк начинал петь около 6.30 утра. При этом, сколько бы Анна не выглядывала эту проклятую птицу в кустах, она ее так и не нашла.

Виктор выглядел так, словно и не уходил из своего кабинета. Он склонился над столом и изучал какие-то карты. Только смена одежды выдавала, что он все-таки покидал эти сумрачные стены.

Анна протянула ему бумажный стакан с крышкой.

- Я не знаю, пьете ли вы кофе по утрам, – как ни странно, но купол смог наколдовать кофе "на вынос". – Это – черный. Без добавок.

Виктор отвлекся от своих карт, недоверчиво взял стакан, снял крышку и понюхал содержимое.

- Это – кофе? – переспросил он.

И тут Анну осенило, что до этого момента она ни разу не видела здесь кофе.

- В нашем мире этот напиток пьют утром, чтобы проснуться, – пояснила она.

Мужчина пожал плечами.

- Я и так проснулся. Разве это не очевидно?

Анна раскрыла рот и замерла, подбирая слова. Больше всего на свете сейчас ей хотелось вылить кофе прямо ему на голову.

- Наверно, все, что я сейчас скажу, будет казаться вам нелогичными. Просто примите тот факт, что у нас кофе пьют утром для хорошего самочувствия.

- Хорошо, - Виктор кивнул и отхлебнул кофе. – Довольно необычный вкус.

Он поморщился, но сделал еще глоток. Целозин уже стоял на столе.

- Опять лошадь? – спросил Виктор, то ли насмехаясь, то ли проверяя.

- Да, - кивнула Анна. – Добьем этот вариант.

Ответ прозвучал двусмысленно. Про себя она чертыхнулся, но оправдываться не стала.

Анна попыталась представить себе лошадь в белом пространстве, без лишних предметов, и прикоснулась к шару.

Образ лошади появился довольно быстро, но затем откуда-то взялся поезд, несущийся на всех порах. Анна отдернула руку и выругалась. Виктор стоял, как ни в чем не бывало, возле своего стола и пил кофе.

- Попробуйте еще раз.

Она попробовала и рядом с лошадью появилась корова, потом пачка сметаны. В следующий раз – наездник с лассо. Потом – телега. Как бы Анна ни старалась, но лошадь не желала оставаться одна.

- Похоже, вы абсолютно не способны к самоконтролю, - констатировал Виктор, высокомерно поглядывая на ученицу.

Анна встряхнула руками. От постоянного напряжения их начало ломить.

- Я бы не была столь критична. Это только первый урок.

Виктор усмехнулся.

- И сколько уроков вам понадобится?

Анна выдержала его надменный взгляд.

- Пока вам не надоест кофе.

Уроки продолжались уже несколько дней. И, вот, когда прогресс практически был налицо, шухняк не закричал. Анна проснулась просто от того, что она выспалась. В комнате было сумрачно, но посмотрев на часы, она увидела, что уже 8.30. Девушка встала, укуталась в халат и распахнула шторы.

- Ничего себе! – окна до середины были завалены снегом. Дул сильный ветер, дождь вперемешку со снегом заливал и одновременно заваливал все вокруг.

- Цезарь! - Анне стало как-то не по себе.

Никто не появился, и она вспомнила, что Цезарь вчера остался у Алисы. Непогода ее не пугала. В Москве и не такое случалось. Но сейчас, находясь совершенно одной в маленьком домике в чужом мире… Насколько опасна могла быть непогода? Не лучше ли было бы дойти до здания школы? Анна быстро умылась, переоделась и открыла дверь.

Точнее, попыталась открыть, потому что сделать это ее не удалось. Дверь завалило полностью. Анна подошла к окну, оно тоже практически скрылось под сугробом. Она посмотрела наверх. Была еще возможность как-то выбраться на крышу, но что дальше? Спрыгнуть в сугроб? А дети? Конечно, дети умели колдовать. И, учителя, наверняка, контролировали ситуацию.

Но кто вспомнит про нее, а, конкретно, про то, что колдовать она не умеет и в данной ситуации абсолютно беспомощна?

Анна начала паниковать. Рано или поздно дом полностью закупорится, прекратится поступление кислорода. Она села на диван и стала обдумывать все варианты. Можно отломать дверь шкафа, выбить стекло и попытаться прорыть проход. Можно наколдовать много горячей воды и выливать ее на снег.

Постепенно думать стало тяжело, она забралась на диван с ногами и опустила голову. Вспомнился Игорь. Как он ухаживал за ней. Вспомнился его смех, негромкий и короткий. Он никогда не веселился долго. Вспомнилась его легкая щетина под ее ладошкой.

- Мама! Мама! – откуда-то издалека. – Мама!

Кто-то поднял ее на руки. Она обхватила его шею, прошептала "Игорь" и окончательно ушла в небытие.

Проснулась Анна на кровати в незнакомой комнате. Рядом сидела Алиса. Она что-то рисовала в блокноте. Анна залюбовалась высокими скулами и большими глазами дочери. Попытавшись пошевелить пальцами, она поняла, что еще очень слаба. Левую руку саднило. Переведя взгляд на руку, она испуганно пискнула. В изгибе локтя сидела большая бабочка, размером с блюдце.

Алиса вздрогнула. Увидев, что мама очнулась, она улыбнулась, скинула блокнот на пол и обняла ее. Анна погладила девочку по голове свободной рукой.

- Что это? – спросила Анна, указывая на бабочку, когда дочка встала.

- Это – акопулья. Она восстанавливает. У тебя было кислородное голодание. Когда мы тебя откопали, ты уже была без сознания.

Анна улыбнулась.

- А я предупреждала, что теперь вам придется обо мне заботиться.

- Нуу, - протянула Алиса. – Сначала позаботились о нас. Мы с Ником были не готовы к такому, а Цезарь и подавно. Мои соседки запаниковали. Сурен, друг Ника, создал тоннель к нам. К тому моменту, как они до нас добрались, учителя уже организовали центральный тоннель.

- Что за тоннель? – перебила Анна.

- Это план спасения на случай таких вот катаклизмов, - пояснила Алиса. – В сугробах строится центральный лаз, коридор, тоннель, а к нему уже присоединяются остальные, от каждого дома свой. Старшеклассники уже владеют этой техникой, а началка, конечно, нет. – Девочка задумалась. – Ну, разве что Сурен. Похоже, он еще тот ботаник.

Анна облегченно вздохнула, уставившись в потолок.

- Далеко же вашему Сурену пришлось копать до моего дома. Учителя живут на отшибе.

- Нам помогли. – Алиса задумчиво осматривала больничную палату, чтобы запомнить все детали и запечатлеть позже. – Мы отправили девчонок в школу по центральному коридору, а дальше попытались рыть в твою сторону. Ну, Сурен пытался. Мы не знали точно, куда рыть. Цезарь ничего не чувствовал. Ориентироваться в сугробе сложно. Это меня Ник нашел, потому что, ну, ты понимаешь, - она развела руками. – Близнецы и все такое.

Анна кивнула.

- А потом появился Виктор. Он пытался отправить нас в школу. Орал. Но Никита тоже орал. Блин, мам, с этим нужно что-то делать. – Алиса сжала губы, вспоминая. Щеки покрылись румянцем. – Нужно как-то объяснить Нику, что нельзя повышать голос на учителей.

У Анны мороз пробежал по коже. Она представила себе, как Виктор и Никита орут друг на друга. Он же откажется заниматься с ней дальше!

- В общем, - продолжила Алиса. – Мы с Суреном отправились в школу, а Ник и Виктор пошли тебя спасать.

Анна была шокирована и пристыжена. С одной стороны, ей было стыдно за поведение сына, но и гордость брала, что он не бросил мать на произвол судьбы. С другой – стало понятно, кто вынес ее из снежного плена. Ей хотелось еще поразмышлять над всем этим, но сон начал вновь овладевать ею.

- Спасибо, Алисочка. Я уже в порядке. Можешь больше не сидеть здесь.

Алиса подняла блокнот и карандаш.

- Если ты не против, я еще посижу.

- Хорошо. – Анна не знала, произнесла ли она это вслух или уже подумала во сне.

Михал Михалыч смотрел в окно тяжелым взглядом.

- Все дети уже в школе?

- Да, все, – откомандовал Виктор. – Учителя тоже.

Он сидел в высоком кресле и задумчиво смотрел на директора.

- Ты что-то знаешь, но не хочешь говорить? Или сомневаешься?

Михал Михалыч скрестил руки за спиной и повернулся к Виктору.

- Я почти уверен в том, что эпицентром этого ненастья был дом Анны.

Виктору не очень-то верилось в эту версию. Здесь у каждого учителя в шкафу было множество скелетов. Охотники на оборотней, сами оборотни, колдуньи-разлучницы, воины, тайные (как они думали) агенты. Кому помешала обычная беженка из Иномирья? Она ничем примечательна не была, да, и дети ее явными талантами не отличалась. Сын – обычный анимаг, умеющий управляться с животными. Дочь – скорее всего, творитель, но никто в этом пока не уверен. Алиса любила рисовать, абсолютно бесполезное занятие в этом мире. И больше ничего.

- Сомневаюсь. Если и убивать кого-то, то точно не ее, - заключил Виктор.

Михал Михал пристально на него посмотрел:

- Если ты не знаешь причину, это не значит, что ее нет.

Виктор насторожился. Похоже, это было не просто наставление, а он что-то не договаривал.

- В любом случай, - Михал Михалыч вдруг улыбнулся. – Я прошу тебя присмотреть за ней, а заодно и за ее детьми. Особенно за сыном.

- Ты опять что-то не договариваешь? – упрекнул Виктор.

- Я говорю тебе ровно столько, сколько тебе нужно знать на данный момент, - безаппеляционно ответил мужчина и, усевшись за стол, начал разбирать какие-то бумаги.

Всем своим видом он показывал, что разговор окончен.

Виктор еще немного посидел, наблюдая за директором, затем отправился в свой кабинет. Проходя мимо больничного крыла, он подумал, не проверить ли состояние Анны, но решил, что более благоразумно будет не встречаться с ней. Что-то неведомое доселе, теплое, тягучее и тоскливое просыпалось в его душе. И причиной этому была рыжеволосая гостья из другого мира.

Уже через пару дней Анна смогла вернуться к своим обязанностям. Приближался Новый год, который здесь, как это ни странно тоже праздновался. Анна встретилась с Алисой и ее подружками, чтобы те рассказали, как они встречают Новый год.

Елки не было, но было много других украшений. На Новый год накрывались богатые столы, все ели, пели и танцевали. В школу приезжали родители и другие члены семьи. Кое-кто уезжал на праздники домой, но таких было меньшинство. Подарки не дарили. Видимо потому, что делать что-то своими руками в этом мире было не в чести. Анна заметила, что в домике девочек на стенах стали появляться рисунки. И это были не рисунки Алисы. Дочка проследила за ее взглядом и подтвердила догадку:

- Шиами и Галу пробуют рисовать, им нравится.

Шиами, высокая девочка с красивыми черными волосами, кивнула и заулыбалась.

- Это так увлекательно, создавать что-то красивое не только с помощью волшебства!

Анна была довольна. Дети прекрасно адаптировались в этом мире.

Придя домой, она забралась с ногами на кровать, сделала себе чаю, взяла книжку про Новый год, блокнот и стала делать заметки для урока. Цезарь растянулся перед кроватью и захрапел. За окном медленно падал снег, обычные, белые снежинки.

Утром она отправилась прямиком к Виктору. Анна не договаривалась с ним об уроке, и сейчас очень надеялась на то, что ее не прогонит. Это был первый урок после того случая с сугробом, завалившим ее дом.

Анна постучала, скорее ради приличия, нежели ожидая разрешения войти. Тяжелая дверь легко поддалась. Виктор, как обычно, работал за столом. Он обернулся, когда дверь открылась.

- Вы?

Все-таки он не ожидал ее увидеть. Анна подняла руку в защитном жесте:

- Прежде, чем вы что-нибудь скажете, я хотела бы извиниться за сына. Современные дети не особо владеют культурой общения, их социальные навыки отличаются от наших. Он ни в коем случае не хотел вас обидеть. Единственной его целью было – защитить меня. С тех пор, как его отец исчез, он чувствует себя единственным мужчиной в семье. А это накладывает определенную ответственность.

- И все же… - начал было Виктор.

- И все же, - поспешно перебила его Анна, - я провела с ним воспитательную беседу. Впредь он будет более уважительно относиться к учителям.

Виктор хмыкнул.

- Хотелось бы верить.

Анна взглядом нашла заветную шкатулку.

- Я бы хотела продолжить наши уроки.

Виктор помедлил, затем сняла целозин с полки.

- Думаю, их уже можно завершить. Вы неплохо справляетесь.

Услышать похвалу из его уст было крайне неожиданно. На миг Анна задумалась, не было ли другой причины в столь поспешном решении. Но как говорится "дают – бери, бьют – беги".

На сей раз Анна представила себе большую новогоднюю елку, такую, какие наряжали в залах на детских праздниках. Елка вышла замечательная! Зеленая, пушистая, с яркими сверкающими игрушками, пушистой мишурой. Виктор невольно залюбовался детским восторгом на лице Анны. Но он вовремя отвел глаза, чтобы она ничего не заметила.

Анна убрала руку с целозина и посмотрела на Виктора, ожидая одобрения. Он просто кивнул, закрыл футляр и передал его Анне. Затем вернулся к своим делам. Девушку немного кольнуло его равнодушие, но она решила не комментировать.

- Спасибо, - поблагодарила она и вышла из темной комнаты.

Говорить о компасе было еще рано.

Никита делал большие успехи в учебе. Ему без труда удавалось находить общий язык со всеми школьными животными. Не смотря на то, что класс был профильным, на нем учились только анимаги, таких успехов не достигал никто. Пока одноклассники выискивали в книжках заклинание, позволяющее разговаривать с лягушками, Никита уже организовывал отряд лягушек и отправлял их пугать девчонок.

Он пока не разобрался, как ему удалось заставить свою семью понимать Цезаря, но он точно это выяснит!

Это утро отличалось от других. Мальчик что-то чувствовал. Какое-то нехорошее ожидание, что-то было рядом. Будто обернешься, а там за окном монстр из компьютерной игры. Сурена он ждать не стал и поспешил в школу. Первым уроком было общение с животными, как раз его любимый учитель Тур. Возможно, учеба отвлечет.

Как только он вошел в класс, сразу понял, что надеждам не оправдаться. У Тура были большие серые крылья с жесткими перьями. Сейчас крылья подергивались, будто от нервного тика, а сам учитель периодически поглядывал в окно. Никита принял решение следить за ним. Весь урок Тур как-то по-особенному вдумчиво приглядывался к ученикам. Несколько раз он пересекался взглядом с Никитой. Медлил, размышлял. Летунам не было свойственно скрывать свои эмоции, поэтому и отводить быстро взгляд он не спешил. Говорил Тур мало, просто смотрел, как кто работает. И в окно. Постоянно смотрел в окно.

Урок закончился. Никита нарочито медленно собирал учебники. Кто-то из ребят попытался завести с ним разговор, но встретил равнодушие. Когда класс опустел, Тур подошел к окну и скрестил руки на груди. Губы были сжаты, глаза прищурены.

- Что происходит?

От неожиданности Тур вздрогнул.

- Не хочу лезть не в своей дело, - Никита помял лямку от сумки, - но я тоже это чувствую.

Тур буравил мальчика взглядом:

- Тоже?.. Это?.. – не найдя подтверждения, он уточнил. – Что "это"?

- Ну… - Никита тоже посмотрел в окно. – Что-то надвигается. Я сначала подумал, что заболел, но, судя по вашим дергающимся крыльям, причина не в вирусе.

Тур открыл было рот, но тут же осекся. Он взял Никиту за плечо:

- Ты – лучший ученик в классе. Мы оба это знаем, чего скрывать. И однажды… - он подбирал слова. – Как бы тебе не хотелось ограничиться общением со своим псом и единорогами, но однажды тебе придется применить свои знания и таланты в жизни. Во взрослой жизни. А пока я, как учитель, буду оберегать тебя и остальных своих учеников. – Он еще раз посмотрел в окно. – Как можно дольше.

Возможно, потому, что Тур был частично зверем, Никита воспринимал не только его слова, но и вибрации, эмоции. Поэтому-то он и понял, что учитель сказал гораздо больше, чем собирался.

Сегодня был урок "основы Иномирья", который вела мама. Она наконец-то применила проектор – целозин. Одноклассники были в восторге от новогодней елки! Никита вспомнил, как они писали письмо Деду Морозу. Несмотря на то, что ему очень нравилось в этом магическом мире, он бы многое отдал, чтобы оказаться дома рядом с папой. Конечно, было бы идеальным, если бы папа очутился в этом мире. Если бы они жили здесь все вместе.

Анна рассказала о традиции Иномирья дарить подарки друг другу на Новый год. Ребятам очень понравилась эта идея и сразу же после урока они принялись бурно обсуждать, какие подарки они хотят подарить друг другу.

Никита выслушивал восхищенные рассуждения Сурена, когда они спускались вниз в столовую. Внезапно он увидел Тура. Тот шел вместе с двумя учениками-анимагами, но из старшего, уже выпускного класса. Никита запомнил их по общим практическим занятиям.

Тур давал ребятам какие-то инструкции. Те кивали, временами переглядываясь. Они проследовали к выходу из школы. Никита рванулся за ними, но Сурен схватил за руку.

- Не глупи.

Мальчик сердито посмотрел на друга и одернул руку.

- Зачем нарываться? – Сурен махнул в сторону столовой. – Успеешь еще погеройствовать.

- Да, что происходит?! – воскликнул Никита. – Такое ощущение, что все знают больше, чем я!

Сурен был недоволен тем, что приходится объяснять элементарные вещи и тем, что они опаздывают на обед.

- Учитывая, что ты в нашем мире живешь всего несколько месяцев, все, действительно, знают больше, чем ты. Пойдем уже есть, я жутко голоден.

Никита окинул оценивающим взглядом долговязого паренька:

- Куда у тебя все девается, ты постоянно хочешь есть?

На сей раз Никита все же решил последовать за другом. Ему очень хотелось проследить за Туром, но он не знал, что ему будет, если его поймают.

Он наколдовал себе сосиски с картофельным пюре, угостил Сурена диковинным для того блюдом и уже хотел опять погрузиться в размышления о сегодняшних странностях, как появилась Алиса. При виде девочки Сурен тут же забыл, как нужно жевать. Алиса этого даже не заметила. Она подсела к брату и защебетала:

- Что в этом году будем делать с подарками на Новый год? В магазин же не сходишь?

- Мне ничего не нужно, - успокоил ее Никита, доставая из-под купола стакан клюквенного морса.

Алиса воспользовалась его куполом и наколдовала себе яблоко.

- Хорошо, ты без подарка. Но я хотела бы порадовать маму.

- Вспомни детство, - усмехнулся Никита. – Нарисуй открытку.

Алиса недовольно хмыкнула.

- Ну, я же серьезно.

- Если серьезно… Я подумаю над этим. – Пообещал Никита.

- Подумай, - Алиса встала и похлопала брата по плечу. – Очень на тебя надеюсь.

Она ухватилась за какую-то подружку и продолжила разговор уже с ней.

После обеда Никита отправился в библиотеку делать доклад по основным заболеваниям пестрокрылых, а Сурен сразу пошел домой.

В библиотеке было довольно много учеников. Какие-то девочки хихикали в углу, разглядывая картинки в книге. Особо ответственные старшеклассники уже готовились к выпускным экзаменам.

Никита нашел нужные книги, выбрал стол у окна и принялся за доклад. Он уже написал почти две страницы, когда услышал над ухом тихое "пойдем".

Это был Тур. Он взял Никиту за плечо, заставляя быстрее подняться. Мальчик собрал книги и послушно пошел за учителем.

От Тура пахло холодом и дымом. Он поспешно вышел из библиотеки, с крыльев сыпался снег. У выхода Тур взял из рук мальчика книги и положил их на подоконник, взамен вручил форменную куртку и открыл дверь.

Никита быстро оделся и вышел. Ему было любопытно и страшно одновременно. У порога стоял единорог.

- Садись, - приказал Тур.

- Зачем? Куда мы? - наконец спросил Никита.

- Увидишь, - коротко бросил летун и взмыл вверх.

Никита уже освоил езду на единорогах. Они не многим отличались от лошадей, а на лошадях он ездить умел. Этот единорог был абсолютно черным. Даже сбруя и удила были черными. Как только Никита запрыгнул на него, единорог тут же побежал.

От встречного ветра щеки быстро замерзли, руки тоже. Мальчик сжал зубы. Смеркалось. Он еще ни разу не выходил за территорию школы, но и сейчас рассмотреть что-либо было довольно сложно.

Вокруг были поля, и только где-то вдалеке виднелась кромка леса. Здесь не было фонарей вдоль дороги, как в его родном мире, и только снег давал хоть какое-то представление о пространстве. Единорог бежал вслед за Туром. Никита с тревогой смотрел на летуна. Вся ситуация выходила из ряда вон. Логика подсказывала, что нужно плюнуть на все и вернуться. Учитель – не учитель, но сейчас это больше походило на похищение.

И тут он увидел его. Длинное серебристое тело заканчивалось таким же длинным хвостом. Огромные перепончатые крылья, локтевая кость с острым когтем. И большие, горящие ненавистью, желтые глаза на испещренной кожистыми наростами голове. Дракон.

Фото из свободных источников

Единорог остановился, как вкопанный, чуть не выкинув мальчика из седла. Никита вцепился в поводья, оцепенев от страха. Дракон был длиной, как четыре вагона поезда. Казалось, он летел им навстречу, но теперь остановился и начал кружить на одном месте. Вдали Никита разглядел зарево пожара. Теперь он отчетливо видел, что всполыхи на горизонте – это не закат.

- Пора тебе узнать, - Тур опустился и сейчас стоял возле мальчика. – Анимаги охраняют границы от драконов и другого зверья.

Голос учителя вывел мальчика из оцепенения. Он все еще не мог оторвать глаз от монстра, парящего над ними, но теперь помимо страха в нем стало рождаться любопытство. Между тем, дракон начал кружить вокруг них.

Конечно, в мире единорогов и летающих учителей можно было ожидать и драконов, но доселе Никита об этом не задумывался. Дракон замер в полете, с шумом втянул воздух и выдал в их сторону струю огня. Тур тут же произнес защитное заклинание, и огонь не смог достигнуть их. Более того, Никита инстинктивно произнес обратное заклинание, которое он использовал против огромных пауков, которые любили плеваться на занятиях. Пламя рванулось назад и обожгло дракона. От неожиданности тот взмыл вверх. Тур про себя отметил находчивость мальчика.

- Это все, что мы смогли сделать, - сказал учитель, стараясь не упустить из виду серебристого дракона.

В уже наступившей темноте сделать это было сложно. А осветить небо означало выдать себя. Драконы видели в темноте не намного лучше людей.

- Обычно, драконы, встречая отпор, уходят, но не этот. Он методично сжег несколько деревень по направлению школы и, как ты уже понял, летел сейчас к нам. Я в любой момент могу отпугнуть его, отбросить на несколько полей назад и вызвать остальных учителей, но я не уверен, что они смогут что-то сделать.

Никита в недоумении уставился на учителя:

- А я смогу?!

Ответить Тур не успел. В этот момент горячее дыхание заставило мальчика резко повернуть голову, и он встретился взглядом с горящими глазами дракона. Никита все еще сидел на единороге, вцепившись в поводья. Каждый глаз дракона был размером с лицо самого Никиты. В огромных желтых глазах было столько злобы, что она пугала сильнее любого оружия. Мальчик уже в который раз оцепенел, но тут он вспомнил про маму и Алису. И про то, что сейчас он единственный мужчина в семье. Точно такая же злоба проснулась в нем самом и, он закричал:

- Пошел вон!

Дракон отшатнулся от Никиты, как ошпаренный. Перед мальчиком сейчас был не огромный невиданный зверь, а нашкодивший мелкий пес. Никита ощущал свою полную власть над ним.

- Я сказал – пошел вон отсюда! – повторил он.

Дракон немного повисел в воздухе, затем развернулся, извиваясь всем своим серебристым в свете луны телом, и улетел. Длинный шипованный хвост просвистел в нескольких сантиметрах от головы единорога.

Никита будто бы вышел из транса. Он с шумом выпустил воздух из легких, развернул единорога и галопом пустил его обратно по направлению школы. Тур полетел следом. В данный момент мальчику хотелось одного – залезть в кровать и уснуть.

Он спешился возле своего дома, учителя рядом уже не было. Никита посмотрел в темное окно своей спальни и решил, что этой ночью он не хочет оставаться один.

Мама сидела на диване в комнате, обложившись книгами и что-то помечая в своем блокноте. В век всеобщей информатизации она и дома любила писать ручкой в обычных блокнотах. У мальчика потеплело на сердце, хоть что-то еще оставалось незыблемым. Он тихонько постучал в окошко, Анна вздрогнула и удивленно воззрилась на сына. Мальчик жестом показал, что сейчас войдет.

Анна вскочила с дивана и подбежала к двери, отперев ее быстрее, чем Никита успел взяться за ручку.

- Что случилось?! – в тусклом свете фонарей, на фоне рыжих волос, ее лицо выглядело мертвенно-бледным.

Никита собрался с силами, незачем ей было знать о произошедшем. Он пожал плечами, как можно более равнодушно.

- Ничего, просто, настроение такое.

Цезарь подбежал, уткнулся носом в руку, приветственно помахивая хвостом. Никита потрепал друга за ушами и поспешил войти.

- Можно я сегодня переночую у тебя? И можно мне… молока с медом?

- Да, конечно! – Анна засуетилась по комнате.

Она наколдовала молока, расправила постель. Никита был явно чем-то огорчен или озадачен. Несмотря на то, что он был очень открытым мальчиком, Анна всегда знала, что он может утаивать какие-то вещи. И никакие уговоры не помогут выдать эти тайны, если мальчик сам не захочет. Вот и сейчас в душу лезть она не стала. Лишний раз отметив для себя, что в трудный момент он все же пришел к ней, она уложила сына спать и отправилась обратно в гостиную изучать историю и социальное устройство этого мира.

Никита как можно глубже забрался под одеяло. Адреналин уже отступил, и сейчас его начинала бить лихорадка. Как можно было вот так, без предупреждения, привести его к дракону? Тур сделал это осознанно. Но он явно не был уверен в успехе своего выбора. Что, если Никита ничего бы не смог сделать? Тур пообещал, что он мог бы отпугнуть… Но это все кажется таким неточным. Смог бы – не смог бы. Как можно было так спокойно рискнуть чужой жизнью, которая тебе не принадлежит? Учителя так не должны поступать! Так вообще никто не должен поступать. И он всего лишь десятилетний ребенок!

Несмотря на все потрясения, Никита, действительно, был всего лишь ребенком. Поэтому сон его все-таки одолел. Мальчику приснились огромные желтые глаза и горячее дыхание.

Никита проснулся и резко сел в постели. Цезарь поднял голову, он лежал в ногах у мальчика.

- Что случилось? – спросил пес.

Никита часто и глубоко дышал, не отрывая взгляда от пса. Тот был в десятки раз меньше дракона, но, как и положено овчарке, внушал уверенность в безопасности.

- Ничего, - наконец произнес Никита. – Страшный сон.

- А, ну, ладно, - ответил Цезарь и вновь улегся.

Мальчик откинулся на подушку и уставился в потолок. За окном тихонько завывала вьюга. Это навеяло мысли о предстоящем празднике, о разговоре с сестрой о подарках, о елке в их доме, ледяной горке в деревне у бабушки… Постепенно Никита перестал думать о драконе и уснул.

Татьяна Маймулина

Больше интересных статей здесь: Фантастика.

Источник статьи: Власть дракона. Навстречу ветру. Глава 4.